«Оба основных производственных предприятия, а также ПАО «Экоэнергия» – проектная компания, реализовавшая один из самых масштабных в Украине и уникальных по сути для Европы инвестпроектов (генерация 300 мегаватт электрической энергии путем переработки вторичных метресурсов (коксовый и доменный газы) Алчевского меткомбината и Алчевского коксохима – на протяжении последних лет были и остаются одними из крупнейших налогоплательщиков в Луганской области, которые осуществляли свою деятельность исключительно в правовом поле Украины», – говорит Максим Завгородний, исполнительный директор ИСД.

Блокадный Алчевск

Причиной остановки производства является фактическая невозможность осуществления поставок железорудного сырья и коксующихся углей на предприятия и невозможность вывоза готовой продукции. До блокады основным маршрутом поставок служило направление Красный лиман – Северск – Родаково – Коммунарск, однако он стал недоступен, как только 25 января в 14-45 «активисты» выставили на ж/д путях блокпост в районе станции Светланово (перегон Светланово – Шипилово).

Предприятия пробовали использовать альтернативный маршрут из Красного Лимана по направлению Артемовск – Майорская – Никитовка и далее на Дебальцево – Коммунарск. Но и такой вариант оказался невозможным, поскольку 2 февраля в 10-00 был организован второй блокпост в районе станции Артемовск-2 (перегон Артемовск-2 – Курдюмовка).

Последней же возможностью доставить сырье в Алчевск оставалось направление Славянск – Константиновка – Скотоватая – Ясиноватая с дальнейшей транспортировкой через Горловку – Дебальцево – Коммунарск. Однако третий блокпост, организованный 11 февраля в 00-00 в районе станции Фенольной (перегон Фенольная – Кривой Торец), развеял и эти надежды.

«Таким образом, три точки блокады полностью парализовали работу предприятий, которые на протяжении последних трех лет осуществляли деятельность исключительно на основании украинских законов, платили налоги и сборы в бюджет Украины, платили заработные платы многотысячным коллективам, чем давали возможность просто жить в чрезвычайных сложных жизненных обстоятельствах», – отмечает в комментарии UAprom М.Завгородний.

Безусловно, в корпорации рассматривался также маршрут направления грузопотока через Луганск – Кондрашевская-новая – Огородный – Старобельск – Граковка – Выстрел. Но, во-первых, его пропускная способность крайне низкая, а, во-вторых, он ведет к станции Валуйки (Российская Федерация) без возможности сопряжения с сетью украинских железных дорог минуя территорию РФ. Таким образом, транспортировка желруды и угля через Россию в Алчевск лишена всякого смысла. Да и добробаты могут в любой момент выставить четвертый блокпост на этом направлении.

Учитывая эти факторы, в феврале судьба АМК была фактически предрешена, ведь для обеспечения доменной печи №5 (единственной из четырех агрегатов, остававшихся в работе) необходимо обеспечить ежесуточный оборот 720 полувагонов на вход/выход для выплавки 6,8 тыс. т чугуна в сутки. Естественно, что во время блокады до остановки предприятия его производство снизилось до 4-4,5 тыс. т чугуна при обороте вагонов 450-500 штук.

Отдельно необходимо сказать, что остановка производства стали на АМК может привести к соответствующему сокращению производства на Ингулецком ГОКе, который является поставщиком железорудного концентрата для меткомбината, что влияет на макроэкономические показатели как Днепропетровской области, так и государства в целом. Таким образом, создан «эффект домино» не только для бизнеса ИСД, но и для других крупнейших украинских предприятий и государства в целом.

ДМК еще держится

Ситуация вокруг Алчевска, естественно, оказывает прямое негативное воздействие на еще одно предприятие ИСД – Днепровский металлургический комбинат. Во-первых, прекращение производства в Алчевске сокращает и так дефицитные оборотные средства группы ИСД в целом, а во-вторых, это означает, что ДМК остался без алчевского кокса.

Собственно, внутригрупповые поставки с «Алчевсккокса» на Днепровской меткомбинат прекратились еще в начале февраля. Поэтому ДМК стал полностью зависимым от сырья, производимого на «Южкоксе». Как известно из отчета российского Evraz, Южкокс еще в 4 квартале перешел на толлинговую схему работы с ДМК.

На данный момент отгрузки с «Южкокса» составляют 1,15 тыс. т в сутки, что соответствует порядка 34-35 тыс. т в месяц. Это позволяет обеспечить работу всего одной доменной печи №1-М, которая работает попеременно с ДП №9 для сохранения состояния печного фонда в условиях дефицита сырья. «Очевидно, что в такой ситуации возникает необходимость в импорте кокса непосредственно из РФ, что в контексте целей, поставленных «блокираторами», выглядит сомнительным результатом блокады. Отдельной проблемой, безусловно, есть дефицит оборотного капитала. А российские поставщики, очевидно, будут требовать предоплату», – подчеркивает М.Завгородний.

Европа отдаляется

В какой-то мере решить эту проблему могло бы своевременное возмещение НДС предприятиям ИСД. Последний раз ДМК получал от ГФС деньги в ноябре (около 300 млн. грн.). По состоянию на середину февраля только подтвержденная задолженность государства перед ДМК достигла 2 млрд. грн. Более того, переплата по налогу на прибыль составляет 882 млн. грн.

Эти средства помогли бы не только «разогнать» производство на ДМК, т.е. увеличить закупки угля, кокса и железорудного концентрата, но и частично смягчить проблему приостановки поставок алчевских слябов для европейских предприятий ИСД.

Поэтому корпорации придется не только выводить на полную мощность жидкие переделы на польской Huta Czestochowa и венгерском Dunaferr, но и выходить на свободный рынок слябов, цены на которые в последнее время качнулись вверх. При этом существует большой риск, что появления такого крупного покупателя приведет к дальнейшему росту котировок на этот полуфабрикат.

Таким образом, блокада железнодорожных путей в Луганской и Донецкой областях уже создала предпосылки для негативного «эффекта домино» как для предприятий Группы ИСД в Украине и Европе, так и для других крупнейших предприятий Украины. «Отдельную оценку еще предстоит сделать тем очевидным макроэкономическим негативным последствиям (падение объема экспорта, валютной выручки, девальвация национальной валюты) для государства в целом, которые уже возникают и будут продолжать возникать до тех пор, пока крупнейшие промышленные предприятия будут оставаться заложниками недальновидных действий политиканов и слабости государственных институтов», – констатирует М.Завгородний.

Андрей Писаревский